Размер:
A A A
Цвет: C C C
Изображения: Вкл.Выкл.
Обычная версия сайта

Университет в лицах: Елена Гарисоновна Митина

  • 25 Декабря 2019
  • 1122
Университет в лицах: Елена Гарисоновна Митина

Мурманский арктический государственный университет совместно с региональным отделением Российского общества «Знание» продолжает реализацию медиапроекта «Университет в лицах». Каждый месяц мы рассказываем о преподавателях и учёных, которые работают в опорном вузе и активно вовлечены в образовательную и исследовательскую деятельность. Ведь за каждым выпускником, за каждой опубликованной статьей, каждым исследованием стоит человек.

В декабре героем проекта стала доктор педагогических наук и кандидат биологических наук, профессор кафедры естественных наук Елена Гарисоновна Митина. Мы поговорили с ней о необычном отчестве, семейных традициях, наставниках и диссертациях, а также о том, что она ценит в людях.

Вопрос, который сразу возникает у многих — Ваше отчество. В некоторых источниках Вас называют «Елена Гарисоновна», а где-то «Елена Георгиевна». Почему так — и как же правильно?

Отчество у меня по паспорту «Гарисоновна». Звали моего папу Гарисон Иванович. Такое имя, согласно семейной легенде, дал ему отец, который играл фермера Гарри в народном театре в маленьком городке Архангельской глубинки. Это была одна из его удачных ролей, поэтому он и дал своему сыну необычное имя.

Мое отчество всегда вызывает интерес и вопросы у окружающих, часто его коверкают, а мне это не очень приятно. Церковное имя моего отца Георгий, и я взяла себе еще такой вариант отчества. Я отзываюсь и на то, и на другое.

Раз об этом зашла речь, расскажите о семье — кем были Ваши родители?

Родилась я в Мурманске. Мама у меня врач, участковый педиатр и работу свою просто обожала. До сих пор встречаю людей, которые её еще помнят и всегда говорят очень добрые слова о ней как о детском докторе. Отец у меня военный, мы много переезжали с места на место. Самые лучшие воспоминания остались о маленьком военном городке Балтийске в Калининградской области, где прошло мое детство. Потом мы снова вернулись на Север.

А если говорить о более дальних предках, то по маминой линии вся моя родня — это педагоги.

Наша педагогическая династия насчитывает тысячу лет педагогического стажа (об этом есть официальная информация на сайте «Педагогические династии Володгодчины»)! Наверно, поэтому другого выбора профессии у меня не было! (смеется).

Мой прадед, Федор Дмитриевич Алсуфьев, был заместителем заведующего отделом народного образования Архангельской губернии. Дедушка, Евгений Федорович Алсуфьев, был директором Вельского учительского института, а потом много лет преподавал в Архангельском медицинском институте. Моя тётя, Ольга Евгеньевна Морозова, — кандидат филологических наук, доцент, работает в САФУ.

Не всегда дети из таких династий выбирают пойти по тому же пути — почему всё-таки выбрали профессию учителя?

Дело в том, что я хотела работать именно в высшей школе. Я росла в этой атмосфере — часто бывала у дедушки в Архангельске, и знала, что такое семинар и что такое лекция, потому что, когда дедушка готовился к ним, все должны были вести себя тихо.

Я закончила в 1987 году Петрозаводский государственный университет, биологический факультет. По диплому — биолог, преподаватель биологии и химии. По распределению попала в мурманскую 49 школу, где несколько лет вела биологию. Но все-таки эта мысль, что я хочу работать в высшей школе, меня не покидала.

Однажды просто шла по проспекту Ленина, и вдруг решила зайти сюда, в университет — тогда это был еще педагогический институт — и оставила свои координаты. Через некоторое время мне позвонили и пригласили на работу ассистентом.

Почему выбрали именно биологию и химию?

Моя мама была врачом, и мне хотелось тоже заниматься чем-то таким, что связано с человеком, с природой — хотя родня у меня в большинстве своем были люди гуманитарного склада. И то, что я защитила докторскую по педагогике после кандидатской по биологии, говорит о том, что я тяготею к гуманитарным наукам.

Как Вы учились в университете?

Красного диплома нет, но и «троек» нет тоже — стабильный такой диплом. С тех пор я считаю «четверку» очень хорошей оценкой, и искренне не понимаю, почему надо гнаться за одними «пятерками». В этот период общественной жизнью я особенно не занималась, хотя в школе была секретарем комсомольской организации 14 школы, в здании которой сегодня располагается МПЛ. Мне давали направление по комсомольской линии для поступления в наш педагогический институт, но я поехала в Петрозаводск. Здесь не было биологического направления, на котором я хотела учиться, и, конечно, самостоятельности хотелось.

По распределению вернулась в Мурманск, в 49 школу. Директором была моя учительница Татьяна Михайловна Конотоп — она меня и взяла на работу. В школе я работала мало — фактически, три года.

Страшно было выходить к ученикам?

Вы знаете, я выступать перед аудиторией любила с детства и совсем не боялась. Моя учительница начальных классов даже говорила, что, когда хотела утихомирить шумных учеников, всегда вызывала меня к доске, и все замолкали.

Из-за того, что я окончила классический университет, мне не хватало методической подготовки (это на мой сегодняшний взгляд) мне так кажется. У нас в вузе были и педагогика, и психология, и методика, и в школе мы практику проходили, но, если б этого было больше, я бы быстрее адаптировалась. В 49 школе я приобрела свой первый педагогический опыт, и сегодня очень тепло вспоминаю своих учеников и коллег.

А перед студентами не страшно было? Есть вообще разница между школьниками и студентами?

На первых порах было страшно, и разница очень ощущалась. Но когда только пришла сюда работать, как и на протяжении многих лет, на каждом этапе профессионального развития попадались люди, которые проявляли ко мне интерес и участие. Я благодарна им за то, что они многому меня научили. Например, мои первые наставники, которые учили меня работать со студентами и не жалели для этого времени — это Татьяна Павловна Богданец и Линда Яковлевна Смирнова. Работали мы на факультете начальных классов, вели природоведение и методику преподавания природоведения.

Они ведь со мной вместе готовили каждое практическое занятие! Садились со мной — и мы отрабатывали все задания, все вопросы для студентов, и показали систему: как вести занятия, как выстраивать процесс. Как у них хватало на меня времени и, наверно, терпения тоже? Я им очень признательна за эту учебу и считаю встречу с ними своей профессиональной удачей.

Что вам дает общение с молодежью?

Многое даёт. Хочу сказать, что, хотя такое бывает нечасто, но, когда я вхожу со студентами в «творческий резонанс», я чувствую полет! Вот недавно у меня была ситуация — мы готовили со студентами 4 курса лабораторный практикум для детей из школы «Аэлита». Причем тематика практикумов была связана с темами выпускных квалификационных работ, то есть они знали, о чем говорят (об объектах своих исследований — о многощетинковых червях, элементах крови, о ракообразных) — а я с методической точки зрения их направляла. И то, как они старались, как у них это получилось, доставило мне большую профессиональную радость, ведь это был наш совместный труд.

Но есть разные ситуации. Не часто студенты балуют нас такой отдачей — тем, наверное, такие истории более ценны для меня.

Для некоторых творческий мой подход кажется излишним и тяжелым. Такое же я иногда вижу в группах, но от своих принципов не отступаюсь, мне без творчества на занятиях скучно.

Особый случай — работа со взрослыми людьми в системе повышения квалификации. Вот кто умеет держать преподавателя в профессиональном тонусе! Огромный опыт мне дала работа по программе «Экологическая безопасность в сфере обращения с отходами» на протяжении более десяти лет. И еще в октябре этого года с врачами по программе «Педагогика высшего образования» позволила себя профессионально «подтянуть» в работе с аудиторией.

Дружите со студентами?

Знаете, у меня есть такая игра на методических дисциплинах — называется «Стена». Мы играем в нее со студентами — им нужно разложить предлагаемые цели образования в виде стены. Внизу — самые важные, выше — менее значимые. Есть условие, что какие-то цели можно отложить, какие-то добавить. Играю я в эту игру с разными группами, и каждая группа по-своему выстраивает иерархию целей. Но цель «я хочу быть добрым другом для своих учеников» в большинстве групп студенты выбрасывают в «корзину». И это меня удивляет — потому что они слово «друг» в данном контексте, видимо, воспринимается как «панибратство», «отсутствие дистанции», о чем и говорят в последующем обсуждении.

А мне кажется, что это важно. И до этого состояния педагог ещё должен дорасти, чтобы не завоевывать дешевый авторитет, а понимать проблемы студентов, жизненные ситуации, особенности характера студентов. Работа в течение восьми лет деканом факультета позволила мне это понять и прочувствовать.

И ведь даже докторская диссертация моя посвящена образовательной среде. А строить образовательную среду без отношений между учителем и учеником невозможно. Невозможно сделать эту среду творческой, развивающей при грубом авторитарном давлении, при непонимании ученика и невозможности с ним общаться.

Понятно, почему вы стали педагогом. А как вас «занесло» в науку?

Раз пришла работать в университет, то должна была защитить кандидатскую диссертацию. В этот момент большое влияние на меня оказал Александр Васильевич Шевченко — первый декан естественно-географического факультета. К сожалению, он ушел из жизни очень рано. И вот именно Александр Васильевич в моем понимании масштабный человек, созидатель, основатель факультета. Он всегда поддерживал меня, помог найти научного руководителя в Мурманске. Так я попала в Мурманский морской биологический институт. А это были 90-е годы, всё было непросто, у меня был маленький ребенок и куда-то ездить мне было сложно.

Моим руководителем кандидатской была Нина Владимировна Денисенко, специалист по мшанкам — есть такая группа организмов. Моя кандидатская диссертация посвящена донным беспозвоночным Кольского залива. Мне предоставили ряд проб в ММБИ, потом сама участвовала в сборе и обработке проб. Тогда только открыли Кольский залив для учёных — он много лет не изучался и был закрытой территорией. И благодаря поддержке лаборатории бентоса, я защитила диссертацию в своем родном ПетрГУ.

С тех пор у меня сложились хорошие отношения со многими коллегами из ММБИ. Эти люди помогали создавать факультет, очень активно принимали участие в его работе. Это и Владимир Васильевич Денисов, Григорий Михайлович Воскобойников, Сергей Львович Дженюк, Геннадий Васильевич Ильин. Работа на факультете мне подарила дружбу со многими замечательными людьми из науки: Владимиром Константиновичем Жировым, Ольгой Акиндиновной Макаровой, Валерием Федоровичем Брязгиным, Светланой Сергеевной Дробышевой.

Считаю счастьем, что мне удалось общаться и работать с людьми огромных масштабов — научных, профессиональных и, что немаловажно, личностных. Это большие события на моем жизненном пути. Все они дали мне столько возможностей для развития — и что особо ценно, они сочетали в себе все эти три грани — профессиональную, научную и человеческую.

Но все-таки я всегда тяготела к гуманитарным наукам. У меня сложились хорошие профессиональные отношения с сотрудниками кафедры методики обучения биологии РГПУ им. Герцена. Руководит этой кафедрой профессор, заслуженный человек в области методики обучения биологии и экологии, автор учебников Наталья Дмитриевна Андреева. Она давно говорила мне: «Пиши докторскую», но мне все было некогда, я занималась факультетом. А когда естественно-географический факультет вошёл в состав другого факультета, у меня появилось время для научной работы и началось наше тесное сотрудничество с Натальей Дмитриевной. Основные исследования были мной уже проведены, и у меня было много материала накоплено, ведь диссертация была посвящена обучению студентов-биологов. В 2014 году я защитила докторскую диссертацию в Герценовском университете. Наталье Дмитриевне я очень благодарна как своему учителю и наставнику, с которым мы и сейчас поддерживаем тесные профессиональные и личные отношения.

В двух словах охарактеризуйте ту научную сферу, которая вас интересует.

Больше всего на сегодняшний день меня интересует, каким должен быть предмет «биология» в школе и в вузе, каковы пути развития биологического образования и образования в целом, как эта система меняется, куда движется. В этом смысле много точек соприкосновения с кафедрой педагогики, с Валерием Эдуардовичем Черником мы работаем над этим — он поручил мне чтение таких курсов, как «Педагогика высшей школы» у аспирантов. Всегда чувствую поддержку в своих научных изысканиях от Дмитрия Григорьевича Левитеса.

Сегодня руковожу двумя аспирантами и это мне очень интересно. Например, с моими аспирантами сейчас разрабатываем проблему обучения в условиях ботанических садов.

Если выбирать между преподаванием и научной деятельностью — что бы Вы выбрали?

Выбрать сложно. Если бы пришлось жёстко выбирать — наука или преподавание, наверно, выбрала бы второе, т.к. в основе заложенное моей семьей стремление быть преподавателем высшей школы. Но без науки преподавателю никак, если бы не работа над диссертацией, мне не так интересно было бы преподавать.

Студенты отличаются сегодня от тех, что были 10-20 лет назад?

Да, отличаются. Особенно отличия стали заметны, когда пришли первые «занковцы». Были студенты до них, может, менее свободные, более тихие и организованные. А когда пришли «занковцы» — это был взрыв. Мы не знали, что с ними делать. И это была хорошая педагогическая задачка для нас, преподавателей.

Студенты разные все. Например, отличались всегда биологи и географы, например. Биологи — более систематичные что ли, а у географов вся планета под ногами! Они более беспечные, но в хорошем смысле.

А вы поддерживаете связь с выпускниками?

С теми, кто выпускался с естественно-географического факультета — с ними, конечно, очень теплые, сердечные отношения, воспоминания об их успехах в учебе, о полевых практиках. Мы следим с коллегами за их профессиональной деятельностью и ими гордимся. А как иначе? Включаешь телевизор вечером, каждый второй сюжет — и там наш выпускник! Они уже взрослые, состоявшиеся люди.

Хочется, чтобы все наши выпускники нашли свое место в жизни, были востребованы. А то бывает иногда такое: «все плохо, ужасно, ничего нет», я все-таки с этим стараюсь бороться и всегда показывать им, что это не так.

А они работают по специальности? В школах, например?

Кто-то остался в школе и сейчас уже известен в этой сфере. Многие из наших выпускников работают в ММБИ. В ПИНРО наших выпускников, может, поменьше, чем в ММБИ, но тоже есть. В министерствах работают, в медицинских лабораториях, в МГТУ преподают.

Расскажите о вашей семье — чем занимаются муж и дети?

С мужем я училась в одном классе, мы с ним уже 33 года вместе. Знакомы со школы, он у нас в классе считался таким самым творческим человеком, прекрасно рисовал. Он всю жизнь работает в сфере наружной рекламы. Многие вывески в городе, хорошо знакомые мурманчанам, сделаны по его эскизам и с его участием. Я иногда сама даже об этом не знаю — он человек очень скромный. Очень редко это бывает, но иногда мы идем по городу, и он говорит, что тут вывеска по его эскизу.

Дочка окончила наш университет, факультет журналистики, потом магистратуру «Филологическое образование». Работала журналистом в «Вечернем Мурманске», в «Арктикмедиахолдинге», потом уехала в Санкт-Петербург, работала там, а сейчас живет в Москве, потому что вышла замуж.

Вы не предлагали ей тоже стать учителем?

У нее ведь даже по стороне отца есть педагогические корни, потому что его дедушка был директором школы в Карелии. Наверное, в природе у нее это есть, но жизнь ее, тем не менее, складывается по-другому — она работает пока в других сферах. Но кто знает?

Она интересуется вашей научной деятельностью?

Да! Моя семья меня очень поддерживает — мне кажется, даже зять, который включился в нашу семью, к этому относится очень положительно. Муж всегда меня поддерживает в этом вопросе. А с дочкой мы обсуждаем какие-то важные вещи, в том числе и научные. С ее стороны всегда чувствую поддержку и интерес. Вот даже когда я пошла не интервью — «удачи, мама!»

Как проводите свободное время? Если оно, конечно, есть.

Ох, свободного времени на сегодняшний день у меня фактически нет. И учебная, и научная работа отнимают очень много времени, много приходится работать с бумагами. Но иногда я встряхиваю себя — надо все-таки чем-то другим заниматься и отвлекаться.

Хотя особых талантов ни в какой сфере у меня нет. В детстве я училась музыке — но много лет не играю. А недавно я два года подряд ходила в изостудию, и под руководством педагога нарисовала несколько картин — горжусь этим.

Еще всю жизнь интересовалась историей балета. Для меня это очень любимая и интересная тема, и с дочкой мы нашли там много общего — она занималась балетной критикой, и у нее есть много публикаций на эту тему. А сейчас интерес у меня появился интерес к оперному искусству. Я не очень в нем разбираюсь, но пытаюсь в этом направлении развиваться.

Раз времени мало — наверное, это причиняет некоторый дискомфорт? Как Вы справляетесь со стрессом?

Я человек эмоциональный, и со стрессом справляюсь плохо, честно скажу — эмоции меня захлестывают (смеется).

Если есть какое-то давление или несправедливость, меня это угнетает и напрягает.

Мне помогает с этим справиться, во-первых, семья. Муж умеет так сформулировать мысль, что я на многое начинаю смотреть с другой стороны.

А еще помогают те люди, которые понимают меня и поддерживают в рабочей ситуации. Могу вспомнить Валентину Викторовну Артоболевскую, она была деканом факультета повышения квалификации и профессиональной переподготовки работников образования, и мы с ней первую группу «Обращение с отходами» обучали. И поскольку она человек была очень опытный и работала с директорами школ, в некоторых ситуациях преподала мне очень важные уроки. Они мне настолько запомнились, что и сейчас в некоторых ситуациях, я начинаю действовать по тем правилам, которым она меня научила. Большую благодарность я испытываю к Алексею Петровичу Авдееву. Он у меня ассоциируется с понятием «гуманистическая педагогика».

Для меня очень важно найти поддержку в разговоре и в том, как эту ситуацию можно по-другому увидеть. И всегда мне посылались люди, которые меня поддерживают.

Есть что-то, чем вы гордитесь в своей научной или профессиональной деятельности?

Вы знаете, меня больше всего увлекает процесс. Конечно, я горжусь защитами диссертаций, публикациями, но мне интересен больше сам процесс. Ну, я достигла результата — и идем дальше!

Безусловно, я горжусь своей дочкой, ее достижениями, ее самостоятельностью и всегда желаю ей успеха. Горжусь своими студентами, когда они чего-то достигают, что-то у них получается. Вот в прошлом году моя аспирантка заняла первое место в региональном конкурсе — этим однозначно горжусь.

Есть у вас какие-то жизненные принципы? Приоритеты, которых Вы придерживаетесь?

Во-первых, я не люблю думать, что всё плохо. Моя мама была большой оптимисткой, и, видимо, она в меня это заложила. Второе — я очень не люблю, когда людей унижают и ранжируют. Мне это неприятно. Не каждый имеет право другого человека как-то оценивать и это отношение высказывать.

Я, конечно, ценю такое понятие, как семья. Однозначно — это мой тыл, мое всё. Еще для меня важны дружба и коллектив. Поддерживаю связи еще со школьных (у меня есть две подруги, с которыми мы вместе с 1974 года!) и студенческих лет. Ценю всех сотрудников нашей кафедры, которые помогали мне в административной работе.

Как ни странно, для меня еще важна радость труда — особенно, когда пройден какой-то профессиональный этап. Я люблю дробить жизнь на некие проекты — когда у меня нет по жизни глобальной задачи, мне становится скучно.

Ещё я очень не люблю соревноваться с другими. Только если с самой собой — это, наверное, в жизненных проектах и проявляется, а по отношению к другим — нет, не нравится.

Поделитесь ссылкой